BE RU EN

Вот приехал барин…

  • Андрей Суздальцев,  politoboz.com
  • 8.06.2012, 10:31

Первый после инаугурации визит В. Путина за рубеж занял всего 12 часов.

Естественно, приезд четвертого президента России в Беларусь не мог обойтись без провокаций, что и ожидалось. На мосту, где установлены видеокамеры наблюдения, «некто» беспрепятственно вывесил лозунг – оскорбление в адрес российского президента. Лозунг некоторое время беспрепятственно повеселил водителей и прохожих, его несколько раз сфотографировали, но вот «активистов», естественно, не нашли. Видимо, оптика в нужный момент замутилась. Зато у В. Путина должно было, по идее, возникнуть ощущение, что А. Лукашенко приходится очень несладко… Надо помочь.

Мы, естественно, не знаем, что на самом деле было в голове российского президента, но уверены, что он, со своим служебным опытом, без труда понял, какое ведомство в Республике Беларусь имеет доступ к тщательно наблюдаемым объектам. В принципе, можно было ожидать более «звонких» провокаций… Спасибо, что хоть лозунгами ограничились.

Тихий саммит

Это был очень «тихий» и какой-то полуконспиративный саммит. В его основе оказалась часовая встреча двух президентов, где, по-видимому, В. Путин и А. Лукашенко только прошлись по основной проблематике двусторонних отношений. Остальные мероприятия носили, в основном, церемониальный характер и были призваны снять какие-либо подозрения в наличии серьезных проблем, как в двустороннем формате, так и в рамках интеграционного проекта Таможенный союз – Единое экономическое пространство.

В преддверие визита в Берлин и Париж и во время первого пост-инаугурационного визита было бы странно ожидать от В. Путина и А. Лукашенко публичного столкновения. Однако обратило на себя внимание то, брифинг проводили оба президента. Мы помним, что долгие годы А.Лукашенко старался оставить за собой возможность прокомментировать итоги очередной российско-белорусской встречи на высшем уровне. В данном случае В. Путин своим присутствием явно ограничил красноречие А.Лукашенко. Белорусский правитель был демонстративно радушен, российский – подчеркнуто осторожен. Каждое слова буквально на вес золота. «Беларусь, не просто наш близкий, она особый партнер» (В. Путин). Не приоритетный, не стратегический, а «особый». Понятно, что сложный…

Что ожидалось? Необходимо посмотреть, что прогнозировалось перед визитом: 21 мая отмечалось, что «несмотря на оптимизм ряда министров белорусского правительства, экономических оснований для выплаты третьего транша Антикризисного фонда ЕврАзЭс нет. Более того, белорусские власти практически отвергают все условия предоставления данного кредита, по сути, настаивая на кредитовании без всяких условий... Российская сторона должна опять входить в сложное положение белорусской экономики, о котором, между прочим, белорусские власти не стремятся информировать собственное население. Судя по всему, А. Лукашенко ждет от В. Путина «политического решения» о выдаче транша».

В итоге «политическое решение» В. Путиным было принято, республика получит 440 млн. долларов. Это, безусловно, является тактическим успехом белорусской стороны. Как и открытие финансирования Белорусской АЭС. В принципе, основное «задание на лето» А Лукашенко выполнил, о чем и писалось 28 мая: « При мажорном завершении визита от 31 мая (индикатор успеха Минска – политическое решение о выделении третьего транша кредита АКФ ЕврАзЭс) Лукашенко сможет сдержать конфликт с Путиным до сентября, что необходимо для проведения выборов в парламент. Но для этого А. Лукашенко придется очень постараться».

Белорусский президент старался… Однако обнаружилось, что В. Путин мягко напоминал о приоритетности участия Беларуси в ЕЭП, а вот А. Лукашенко, если не считать фантазий об «интеграции интеграций», постоянно сворачивал на двусторонние отношения. Для этого есть свои причины… Деньги нужны.

Итак, абстрагируясь от пропагандисткой мишуры и уже прозвучавших экспертных, а также журналистских оценок, пришло время подвести реальные итоги. Москва «выделила» третий транш, «зависший» с февраля текущего года, несмотря на то, что условия его получения не выполнены. Можно было транш еще задержать? По идее, нужно, так как по традиции, белорусская сторона генетически не может выполнить хотя бы одно соглашение с Россией (в данном случае есть посредник – Антикризисный фонд ЕврАзЭс).

Формально транш выдали, обнаружив «позитивную динамику», которая «набирает белорусская экономика» (В. Путин). Вообще-то, если бы в белорусской экономике был реальный позитив, то транш вовсе не понадобился бы. В принципе, намек Путина понятен, как и сарказм. На самом деле деньги А. Лукашенко нужны срочно и сейчас, а времени на приватизацию (основное условие для получения третьего транша) уже упущено. Отсюда и отсрочка до четвертого транша (осеннего): « … мы начнем обстоятельные переговоры по четвертому траншу» (В. Путин).

Понятно, что невыполненные Минском условия получения третьего транша передвигаются к четвертому. Автор не будет скрывать, что на самом деле, так и есть. Это не аналитика, а реальность. При этом никаких конкретных обязательств по приватизации (актив, дата, сумма) А. Лукашенко на себя не брал. Поэтому В. Путин и отметил, что перспективно создание на базе КАМАЗа и МАЗа холдинга «Росбелавто», но только, если «договоримся», т.е. во время саммита не договорились.

Не все было просто с Белорусской АЭС. Не скрою, что Москву, которая ввязалась в эту стройку в немалой степени из-за того, чтобы не отдать проект конкурентам (отсюда и строительство Балтийской АЭС в Калининградской области), буквально обуревают самые плохие предчувствия в отношении перспектив совместной работы с белорусскими подрядчиками, которых Минск беззастенчиво навязывает Москве. Нет никаких иллюзий в отношении умения данной публики одну и ту же канаву или котлован сдавать несколько раз, закапывая и откапывая в зависимости от прихода денег. Естественно, белорусская сторона попытается решить за счет стройки и выделенного на нее кредита половину проблем республики… Отсюда и осторожность Кремля…

Пока для финансирования стройки открыли пару сотен миллионов долларов. Но и это неплохо для начала. Белорусы в целом довольны. Сейчас можно устроить торжественную закладку, а самое главное, что пришло время смет с позолоченными лопатами, платиновыми граблями и скальным грунтом. Что осталось за кадром?

Нет и не будет никаких «Искандеров» в Беларуси. Как бы некоторые белорусские должностные лица и журналисты об этом не упоминали к месту и не месту. Поражает то, что эти люди не понимают или не видят политическую подоплеку того, о чем говорят. Дело в том, что «Искандер» без ядерного тактического оружия является дорогой игрушкой. В этом случае, даже если России потребуется разместить ядерное оружие в Беларуси в ответ на размещение европейской ПРО (стоит отметить, что это неадекватный ответ), то А. Лукашенко там и близко не будет.

Фактически можно говорить о политической формуле: «Лукашенко в Минске – это означает, что нет и не может быть в Беларуси российского ядерного оружия». Причины появления такой формулы, понятны. Нет никакого белорусского «счета» России за «потери», которые должна понести экономика Беларуси от вступления России в ВТО. Мы уже не раз писали, что сама аргументная база такого «счета» весьма сомнительна.

Трудно понять, почему Россия, предоставляя Беларуси почти два десятилетия огромную экономическую поддержку, которую республиканское руководство, естественно, должно было использовать для структурных экономических реформ и модернизации экономики, сейчас должна дополнительно компенсировать неконкурентоспособность белорусских товаров. То есть платить повторно за одно и тоже. Понятно, что Минск не пропустит повода, чтобы в очередной раз не потребовать от Москвы какой-либо компенсации, но на состоявшемся саммите это у А. Лукашенко не получилось.

И главное, что не получилось белорусскому президенту получить от Москвы, так это времени. Летом белорусского президента ждут в Москве или Сочи для обстоятельного разговора о реальной дорожной карте вхождения республики в ЕЭП. На самом деле белорусский президент рассчитывал, что ему удастся затянуть интеграционную тему на более продолжительный период, а пока удастся отделаться от Москвы бесконечными клятвами, обещаниями, собраниями и встречами на экспертном, министерском, межведомственном, парламентском, региональном и других уровнях.

Политический баланс

Однако было бы наивно ожидать, что в итоге в интеграционном «доме» все закончится «битьем посуды» и очередной раскладкой «мух и котлет». Все гораздо сложнее. Изменилась ситуация как внутри стран-партнеров по строительству ЕЭП, так и на международной арене. Время публичных склок прошло. Ни А. Лукашенко, ни В. Путин не могут сейчас себе позволить открытого противостояния.

Российский президент отягощен евразийским проектом. Он буквально связал В. Путина по рукам и ногам. Успех проекта частично компенсирует распространенные в российском политическом классе и обществе сомнения в необходимости возвращения В. Путина к власти. По этой причине у проекта может быть только успех.

Вот в этом и проблема А. Лукашенко. Москва не потерпит второго провала масштаба «союзного государства». Минск может себе позволить «тянуть резину», но не бесконечно. Сложно себе представить реакцию российского руководства, если неожиданно разгорится яростная информационная война с Минском.

Если в рамках «союзного государства» подобные схватки не были в новинку, но перед второй попыткой интегрировать Беларусь, уже в ТС-ЕЭП, их демонстративно предали забвению. Возвращение на тот же уровень взаимоотношений с Минском продемонстрирует банкротство российской политики в отношении Минска. К сожалению, «белорусским инцидентом» дело не закончится.

В случае российско-белорусского кризиса зашатается весь интеграционный проект, что резко снизить его международный имидж и попутно лишит Москву статуса единственного реального интегратора на пространстве СНГ. Не является тайной, что Беларусь в ЕЭП является самым слабым звеном, которое еще ничего практически не вложило в проект, за исключением выравнивая импортных пошлин на легковой автотранспорт, но уже активно пользуется его преимуществами.

Евросоюз, естественно, учитывает стремление Москвы ограничить экономическую экспансию Брюсселя на постсоветское пространство высокоуровневым интеграционным блоком. В этой связи Минск является интересным для Запада объектом. Теоретически, Минск можно использовать в качестве инструмента для подрыва ТС-ЕЭП. Для этого не нужно что-то делать. Как раз наоборот, Минску необходимо ничего не делать в плане интеграции, а только создавать видимость интеграционных устремлений. И качать нефть. День и ночь… Пока не закрыли кран.

Минск тоже не может себе позволить кризис с Москвой. Ему пока не на кого опереться. Надежды А. Лукашенко на Пекин иллюзорны. Китай не пойдет на конфронтацию с Россией из-за Беларуси. Китай никогда не станет безусловным спонсором Беларуси. Китай всегда больше берет, чем дает. Официальному Минску пора это уяснить.

С Европой диалог возможен, но пока не готов. Еще сидят в тюрьмах 14 политзаключенных, да и для начала диалога нужно время, которого у А. Лукашенко опять нет. В этих условиях в отношениях между странами должен быть соблюдено своеобразное политическое перемирие. Оно и было продемонстрировано 31 мая, когда два президента, прекрасно понимая друг друга, были вынуждены в чем-то уступить или что-то отложить. В. Путин и А, Лукашенко тщательно шлифовали каждое слово и старательно уходили от сложных тем, чтобы сохранить во многом интуитивно сложившийся временный политический баланс между двумя странами.

Они оба старательно «не раскачивали лодку»… Пока не время. Хотя у А. Лукашенко вырвалось: «…Мы хотим жить только за свой счет – и Россия, и Беларусь…». Понятно, что В. Путин, несмотря на символичность своего первого визита, все-таки не утерпел и поспешил выставить А. Лукашенко «счет»… Вот только оплата пока задерживается.

Андрей Суздальцев, politoboz.com

последние новости